Вспоминая миллиардные доходы: как росла экономика сибирских регионов по сравнению с 2012 годом
Сибирский федеральный округ в начале десятых: общий контекст
В 2012 году Сибирский федеральный округ (СФО) представлял собой одну из крупнейших экономических зон Российской Федерации. В его состав входили Алтайский, Забайкальский и Красноярский края, Иркутская, Кемеровская, Новосибирская, Омская и Томская области, а также республики Алтай, Бурятия, Тыва и Хакасия. Административным центром округа являлся Новосибирск.
Численность населения СФО в 2012 году составляла 19 260 935 человек — почти вплотную к отметке переписи 2010 года, когда было зафиксировано 19 256 426 жителей. Демографическая картина выглядела относительно стабильно: рождаемость достигала 14,9 на 1000 человек, смертность — 13,6 на 1000 человек. Естественный прирост оставался положительным, хотя и небольшим по меркам страны.
Экономика России в тот период ещё ощущала инерцию «тучных» 2000-х, когда ежегодный рост ВВП достигал 6–7%. К 2012 году темпы замедлились, однако сибирские регионы по-прежнему опирались на мощную ресурсную базу, обеспечивавшую устойчивый экспортный поток.
Природные ресурсы как основа валового регионального продукта
Сибирь обладает исключительной концентрацией природных ресурсов. По состоянию на 2012 год округ аккумулировал около 10% мировых разведанных запасов нефти, порядка 30% газа, 21% никеля и 9% угля. Именно эти цифры объясняют, почему ключевые отрасли экономики — добыча углеводородов, металлургия и угольная промышленность — формировали основную долю валового регионального продукта большинства субъектов СФО.
Красноярский край занимал особое место в этой системе. Крупные металлургические производства, в том числе предприятия по глубокой переработке алюминия, обеспечивали краю лидирующие позиции среди сибирских регионов по объёму промышленного производства. Сырьевая база Красноярского края включала не только цветные металлы, но и нефтяные месторождения, освоение которых активно велось в начале десятых годов.
Кемеровская область занималась угледобычей, формируя значительную долю российского угольного экспорта. Иркутская область и Томская область сочетали нефтегазовый сектор с химической промышленностью. Такая отраслевая специализация делала экономику каждого субъекта достаточно узкопрофильной, что одновременно было и силой, и уязвимостью.
Товарооборот и инвестиции в основной капитал
Товарооборот сибирских регионов в 2012 году демонстрировал прирост относительно предыдущих лет. По данным, которые цитировало ИТАР-ТАСС, общий объём внешнеторгового оборота по ряду субъектов СФО составлял несколько десятков миллиардов долларов, что на 2,9% выше показателей 2012 года, сообщает ИТАР-ТАСС. Основу экспорта составляли энергоносители, металлы и лесопромышленная продукция, тогда как импорт формировался преимущественно за счёт машин и оборудования.
Инвестиции в основной капитал в тот период были сконцентрированы в добывающем секторе и транспортной инфраструктуре. Промышленные компании вкладывали средства в расширение мощностей, однако доля обрабатывающих производств в общем объёме капиталовложений оставалась скромной. Переход от сырьевой базы к высокотехнологичным переделам только обозначался как стратегический ориентир, но не стал реальностью начала десятилетия.
Малый и средний бизнес в сибирских регионах развивался неравномерно. В Новосибирске и Красноярске концентрировалась большая часть предпринимательской активности округа: торговля, услуги и IT-сектор росли быстрее, чем в ресурсных субъектах. Периферийные территории — республики Алтай, Тыва и Хакасия — существенно уступали по уровню деловой активности.
ВРП по субъектам: разрыв между лидерами и аутсайдерами
Валовой региональный продукт субъектов СФО в начале десятых годов распределялся крайне неравномерно. Красноярский край, Кемеровская и Иркутская области формировали основную массу суммарного ВРП округа. Для сравнения показательна цифра по трём северным субъектам уже за 2012 год: совокупный региональный продукт Камчатского края, Магаданской области и Чукотского АО составлял лишь 198 млрд рублей, или около 6,1 млрд долларов. На фоне этих данных особенно наглядно выглядит сравнение с Аляской: её региональный продукт в том же году достигал 44,9 млрд долларов — разрыв в семь с лишним раз при сопоставимых природных условиях.
ВРП на душу населения оставался одним из ключевых индикаторов реального уровня жизни. В среднем по СФО этот показатель был заметно ниже, чем по Уральскому федеральному округу или Москве, несмотря на колоссальные природные ресурсы территории. К 2016 году, по данным Росстата, ВРП СФО достиг 7 134 млрд рублей, а ВРП на душу населения составил 369 150 рублей — это позволяет ретроспективно оценить масштаб роста, достигнутого за несколько лет после 2012-го.
Стратегические вопросы развития Сибири
Красноярский экономический форум в начале десятых годов регулярно становился площадкой для обсуждения будущего сибирской экономики. Эксперты и представители бизнеса обращались к теме глубокой переработки сырья: звучали аргументы в пользу создания перерабатывающих кластеров, особых экономических зон и развития логистической инфраструктуры.
Правительство РФ и Министерство экономического развития РФ работали над стратегиями социально-экономического развития макрорегиона. Разворот на Восток как концепция только набирал силу: ещё не было ни масштабных инфраструктурных решений, ни переориентации экспортных потоков на азиатские рынки, которая проявится позднее. Тем не менее восточный вектор развития уже обсуждался применительно к Дальнему Востоку и части сибирских территорий.
Показательна и административная история округа. В 2018 году указом президента России № 632 от 3 ноября Республика Бурятия и Забайкальский край были переданы из состава Сибирского в Дальневосточный федеральный округ. Это решение отразило логику «разворота на Восток» и изменило границы СФО, сократив его численность населения и ресурсный потенциал.
Демография и рынок труда
Численность населения сибирских регионов в 2012 году оставалась относительно стабильной, однако скрывала тревожные тенденции. Отток квалифицированных кадров в западные регионы страны и за рубеж сдерживал развитие высокотехнологичных отраслей. Работа в добывающем секторе обеспечивала занятость, но не создавала достаточного числа рабочих мест для молодёжи с высшим образованием.
Демографические проблемы ограничивали потенциал роста не меньше, чем слабая инфраструктура. Разрыв между богатством недр и уровнем жизни населения воспринимался как системный вызов — и именно он питал дискуссии о национальных целях развития, которые с каждым годом становились всё более конкретными. Сибирь оставалась территорией огромных возможностей, которые пока не были в полной мере конвертированы в качество жизни её жителей.
